— Ничего хорошего они не сулят.

— А это не может подождать? Может, лучше сначала поужинать?

— Разумеется, это может подождать. Как скажете.

— Нет уж, — решил Хафф. — Ты знаешь мое отношение к плохим новостям. Их я предпочитаю узнавать как можно раньше. И черта с два я буду ждать, пока мы поужинаем. Так что случилось, Бек? Только не говори, что на нас опять наехали из Управления по охране окружающей среды…

— Нет, дело не в этом. Вернее, не совсем.

— Тогда о чем речь?

— Не гони лошадей, я сначала налью всем выпить, — обратился Крис к отцу. — Ты любишь выслушивать плохие новости спозаранку, я предпочитаю слушать со стаканом бурбона в руке. Тебе налить?

— Побольше льда, воды не надо.

— А тебе, Бек?

— Нет, спасибо.

Крис подошел к бару, достал графин и два стакана. Он подался к окну, раздвинул планки жалюзи и тут же потянул за шнур, чтобы отодвинуть их в стороны.

— Это еще что такое?

— В чем дело? — спросил Хафф.

— Во двор въехала машина шерифа.

— Ну и что ты всполошился? Сегодня день выплаты. Крис ответил ему, не отрываясь от окна:

— Я так не думаю. Он кого-то привез с собой.

— Кого?

— Впервые вижу этого парня.

Крис налил виски, передал стакан отцу, но все трое молчали, слушая, как Селма идет из кухни к парадной двери, чтобы впустить приехавших. Экономка поздоровалась с ними, но все говорили так тихо, что отдельных слов было не разобрать. Селма вошла первой.

— Мистер Хойл, шериф Харпер хочет поговорить с вами. Хафф махнул рукой, чтобы она впустила его.

Шериф Ред Харпер был избран на эту должность тридцать лет назад при моральной и финансовой поддержке Хаффа Хойла. Чековая книжка Хойла помогала ему оставаться на посту все эти годы.

Волосы Харпера, огненные в молодости, поблекли, словно голову покрыла ржавчина. Ростом он был выше шести футов, но оставался настолько худым, что портупея казалась упряжью, повешенной на фонарный столб.